Вход на сайт

Войти через ВКонтакте Вход через акккаунт Facebook Google

Или войти в аккаунт

Учеба в Central Saint Martins
Life Style

Учеба в Central Saint Martins

Черкасова Елизавета

Central Saint Martins, он же Центральный колледж искусства и дизайна имени Святого Мартина в Лондоне - кузница таких великих деятелей моды, как Александр Маккуин, Джон Гальяно и Стелла Маккартни. Мария Матвеева - студентка Сент Мартина по специальности fashion-журналистика - рассказала нам об учебном процессе,его трудностях и стажировке в медиа-изданиях.


Расскажите о немного своей учебе. Как выбор пал на специальность журналистики, да еще и в сфере моды?
Я всегда знала, что хочу развиваться именно в сфере моды. Меня всегда интересовала история костюма, дизайнеры, то, как они создают свои коллекции и почему. Как и многие, в детстве любила рисовать и считала себя дизайнером, мои знания на тот момент были не так велики, я смотрела на индустрию, скорее как потребитель и считала, что это не так серьезно. Во время обучения в Английской школе на Кипре, я начала изучать все это более серьезно, да и честно говоря учить обычные предметы мне было очень скучно, хоть и давались они легко. Мне хотелось чего-то нового, не как у всех, у меня было желание рассказать о моем восприятии вещей, о которых я читала на BoF, Vogue, i-D. Тогда я, не закончив школу, поступила на курс подготовки в London College of Fashion. Спустя всего пару месяцев, мое видение моды поменялось на 360 градусов. Честно говоря, теперь я понимаю, как примитивно я мыслила и делала выводы, не изучая суть происходящего. Теперь для меня понятие слова «дизайнер» не связанно с карьерой или работа. Это должен быть человек, полностью поглощённый своим видением, тот, кто хочет поменять что-то, отреагировать на события в мире, указать на то, что другие возможно не видят, используя свой собственный язык, через дизайн. Уже тогда я поняла, что такого таланта у меня нет, а я хотела быть лучшей в том, чем занимаюсь. Тогда я подала на курс журналистики в London College of Fashion (LCF), Westminster, и конечно Central Saint Marins (CSM). Почему журналистика? Я всегда любила писать, даже в школе, когда была возможность писать на свободную тему, я замечала, что во время процесса чувствую некий экстаз, когда выходило подбирать нужные слова, как-то по-своему раскрывать тему. Для меня это было действительно здорово, да и изначально, у меня это получалось, что немаловажно. Плюс ко всему, журналистика — это не дизайн, это более «приземленная» профессия, тут можно себя развивать техническим путем, в то время как дизайнер — это больше талант. Так и вышло, что я сумела совместить две вещи, которые меня интересовали больше всего, теперь это моя профессия.

Почему именно Central Saint Martins College of Art and Design в Лондоне?
Все просто, это лучший университет в своей сфере. Его закончили практически все те, кто диктуют и создают правила индустрии. Имя сыграло роль, а кто говорят иначе, явно врут. Плюс ко всему, туда очень сложно поступить и очень мало кто доходит до конца. Это своего рода соревнование: с собой, с другими, а если не стремиться к лучшему, то в чем вообще смысл?



Как выстраивается учебный процесс? Сильно отличается от российской системы? Сильно ли отличается менталитет людей в целом?
Когда я поступила в CSM, я думала, что на этом все сложности закончились, но как оказалось, закончить и «выжить» в этом университете еще сложней. Во-первых, преподаватели, особенно на нашем курсе, очень жестоки, в прямом смысле этого слова. Они не будут объяснять тебе суть твоей работы или как ее сделать, но ты должен ее сделать на самом высоком уровне. Были случаи, когда при всем классе унижали людей или, когда нам всем говорили, что нам никогда ничего не достичь. К концу первого года из 30 человек в нашем классе осталось 14. Половина ушла потому, что не выдержали, поняли, что это не для них, вторую просто выгнали, и университету плевать сколько и кто платит за обучение, для них важно, чтобы только лучшие закончили немало известный Central Saint Martins, пусть даже это будут единицы. Первое время было очень сложно, в какой-то момент я не видела смысла во всем этом. Зачем себя так гнобить? Чему я, собственно, учусь? Конечно, были и моменты, когда нервы сдавали и я рыдала в туалете, у нас это популярное место для срывов. Но я не могла себе позволить бросить все на пол пути, мне хотелось доказать, что я смогу пройти все эти сложности. Историй о жизни в университете очень много. Мы не слушаем лекции или сидим на уроках, такого вообще нет. Обычно нам дают проект, говорят в чем задача, проводят «брифинг», когда его нужно закончить и на этом все. Информации очень мало, если что-то не понял – узнавай сам, но обычно это проекты с открытой темой, потому что нам не диктуют видение других, мы сами решаем, что и как. Это поясняют тем, что в модной индустрии никто ничего никому не разжевывает, и мы должны учиться думать сами за себя, развивать креативность. Таких проектов дается 3-4 на один месяц, одновременно со сдачей статей. Чаще всего мы работаем над всем этим вместе с другим курсом, например, Communication & Promotion, это же и наши основные соперники, или же со студентами с графики, архитектуры, с дизайнерами. Благодаря огромному количеству направлений в CSM, можно найти человека любой профессии, кто сможет помочь в работе над проектом, это огромный плюс этого места. Из примеров проектов, мы, совместно с дизайнерами, создавали готовую на продажу историю утопии, для LVMH, это были книги, одежда, реклама, презентация. Или, например, мой любимый был проект на тему «волосы» для SHOWStudio Ника Найта. Нужно было тремя разными способами рассмотреть выбранное направление, а работу разместили на сайте, что очень почтительно. Сейчас я работаю над своей финальной выпускной работой, это будет документальный фильм. Самое главное, что я вынесла спустя эти годы, это то, что нельзя делать все так, как все, нужно стараться быть собой и не следовать мейнстриму. Здесь вы никогда не увидите людей, одетых в бренды, потому что большинство модных домов здесь просто ненавидят за «продажность». Никогда не услышите доброго слова, если оно не заслужено. Но если ты действительно выкладываешься на все сто, и живешь тем, что создаешь – тебя заметят и помогут в дальнейшем. На самом деле о жизни в Сен Мартинзе можно говорить бесконечно, это как отдельный мир, где все становятся одной семьей, закрытым сообществом, живущим в этих четырех стенах.


Вы работали стажерами во многих известных изданиях (Elle UK, Vogue UK, Harper's Bazaar UK, L’Officiel Russia). Какая все-таки работа в fashion — издании?
После двух лет обучения, тебе дается возможность взять год «в индустрии». К сожалению, никто не помогал искать эти стажировки, а связей у меня не было. Сначала я искала работу через специальные веб-сайты. Первая стажировка была в PR агентстве, было не просто и само агентство было маленькое, поэтому я многому научилась, благодаря тому, что на меня перекладывали много обязанностей, так как команда была очень маленькая. Дальше все свои стажировки я получала благодаря рекомендации от фешн-ассистентов в Harper’s Bazaar или Net-a-Porter, предложения уже сами приходили. Быть интерном не самая простая работа, от тебя требуется всегда быть там, в рабочие и не рабочие часы. Всегда быть с позитивным настроем, и быть готовым помочь абсолютно со всем, даже если не знаешь что-то, соглашайся и потом загугли, что же это вообще такое. В Англии стажерам не платят, иногда только за проезд, и то редко, так что быть фешн-интерном — удовольствие не из дешевых. Получить долгосрочную стажировку тоже очень сложно, в медиа-изданиях вакансии появляются очень редко, а брать кого-то на больше чем месяц и не платить не позволяет государство. Поэтому нужно быть готовым всегда быть в подвешенном состоянии, думая куда же идти дальше. Отношение к тебе, в журналах обычно хорошее, но только если это уже устоявшиеся имена, как например Vogue или Elle. Однако, в одном очень известном издании интернов просто-напросто используют. Мне приходилось заказывать, запаковывать/распаковывать вещи, таскать тяжелые коробки из одной части города в другую для сьемки, и все это под ор директоров с 8 утра до 12 ночи, при чем по завершению работы они даже не знали имена тех, кто им помогали. Такое не редкость в Англии, поэтому нужно знать куда стоит подавать заявление, а какие компании лучше обходить стороной.

Есть разница между российской журналистикой и английской?
Если говорить о модной журналистике, то конечно. В России еще не совсем развита эта индустрия. Из-за менталитета, большинство журналистов все еще пишут о каких-то событиях, находясь под влиянием того «что принято». Очень многие издания боятся говорить правду, писать о том, что действительно интересно, создавать новый контент, не быть как все и не писать про Ким Кардашьян. В Англии, на самом деле, тоже только единицы пишут о чем-то стоящем. Но все-таки здесь это делают осознанно и медленно понимают свои проблемы, в то время как в России моду до сих пор описывают, как «вещи, которые должны украшать женщину».

Что самое сложное, а что самое интересное в учебе?
Самое сложное научиться не воспринимать все, как конец света, учеба — это лишь учеба. А самое интересное — это работа над своей идеей, поиск новых способов выразить что-либо. Еще здорово, что здесь можно найти абсолютно разных людей, с разным видением, но которые точно поймут то, о чем ты говоришь.


У Вас есть предметы в учебной программе, которые нравятся Вам больше всего?
У нас нет предметов вообще. Ни одного. Но мне обычно нравятся проекты, над которыми мы работаем во время недели моды.

Любимые деятели fashion-индустрии/книги о моде?
Любимый дизайнер- Джон Гальяно — тут и объяснять не нужно, но только не во времена Maison Margiela, мне кажется сейчас он до сих пор боится быть собой, после того, как с ним поступила индустрия. Из новых талантов, могу выделить Michael Halpern — очень талантливый, но скрытный дизайнер. Однако он один из немногих, используя дизайн, как-то реагирует на негативные новости. Он возвращает гламур Студии 54, выдавая все, как оппозицию происходящего в Америке.
Лучшие книги обычно содержат истории, которые написаны теми, кто рассказывает о том, что пережил сам. Из последних, в апреле выйдет книга под названием «Rebel Rebel» Криса Салливана, где он повествует о 70-х в Лондоне, Новой Романтике, музыке, создании самого популярного на то время клуба Blitz, и его работе в GQ.

Есть ли какие-нибудь планы на будущее? Может, журнал, в котором мечтаете работать?
Честно говоря, я пока точно не знаю, чем именно буду заниматься в будущем. Я точно знаю, что буду продолжать писать о моде, но также и открыта новым возможностям, хочу научиться чем-то новому, но опять же, именно в этой индустрии. Хотела бы поработать в России, очень хотела бы провести какое-то время в Российском Vogue и Buro24/7. Мне кажется, в России находиться сейчас интереснее всего — все только начинается.

комментарии


читайте также